Лирика Николая Огарёва

logosfera OgarevNP

Герой лирики Огарёва – дворянский интеллигент со сложной судьбой и напряжённым внутренним миром, ищущий ответы на многочисленные вопросы, которые ставила перед ним жизнь.

Противоречия самого Огарёва и его лирического героя объясняются и исторической эпохой, в которой он жил, и личным характером поэта.
Его произведения полны надежд и скорби, разочарований и порывов к будущему как пример неустанной работы ума и сердца. 

Из биографии Н. Огарёва (1813-1877)

Николай Платонович Огарев родился в Петербурге, в одной из самых богатых и знатных семей России. Его отец был действительным статским советником, но прервал службу и карьеру в связи с ранней смертью жены. К этому времени Николаю Огарёву не исполнилось ещё и двух лет. После смерти матери семья поселилась в родовом имении Старое Акшино Писарского уезда Пензенской губернии. Здесь и прошло раннее детство Огарёва.

800px-Nikolay Ogarev

Н. Огарёв в 1830 г.

В пьесе «Исповедь лишнего человека» он так вспоминает о своём детстве:

Богатый дом и сад, оранжереи...
Полсотня слуг... С нелепым немцем брат,
Сестра с своей мадамой безотлучной...
И сам отец, который с нами в день
Беседовал три раза очень важно
И коротко, – а на ночь подходил
К постелям – дать своё благословенье,
И исчезал как царственная тень.
Знакомый, но какой холодный образ!

Весенним днем (мне было восемь лет, –
За мной еще присматривала нянька)
В саду, в траве, я рвал и ел щавель,
И стало мне невыносимо скучно.
В платке, в очках, старуха свой чулок
Вязала и считала тихо петли, –
И мне она до смерти надоела.
Я чувствовал – я как-то всем чужой.
И сам не знал, чего мне было надо.
Мне было жаль старуху, но меня
Присутствие ее томило страшно.
И начался какой-то переход
От детского беспечного снованья
К сознанию или к пустой мечте.
К чему-то новому...

В 1820 г. Огаревы переехали в Москву, но уклад жизни семьи остался прежним.
Переломным моментом жизни стало для него восстание декабристов в 1825 г. «Для нас, мальчиков, это было нравственным переворотом и пробуждением. Мы перестали молиться на образа и молились только на людей, которые были казнены или сосланы. На этом чувстве мы и выросли», – писал позднее Н. Огарёв. 14 февраля 1826 г. 13-летний Огарёв познакомился с Александром Герценом, их дружба прошла через всю жизнь обоих. Летом 1826 г. «в виду всей Москвы», на Воробьевых горах, они дали клятву осуществить свои свободолюбивые мечты и пожертвовать «жизнью на избранную борьбу».

detailed picture

Н. Кравченко «Клятва Герцена и Огарева на Воробьёвых горах» (1920)

В 1829 г. Николай Огарёв поступил в Московский университет на правах вольнослушателя и посещал лекции на физико-математическом, словесном и нравственно-политическом отделениях; в 1832 г. перешёл на нравственно-политическое отделение и окончил его. Был одним из организаторов студенческого кружка политической направленности при Московском университете. В 1832 г. по желанию отца поступил на службу в Московский главный архив.
В 1833 г. за Огарёвым был установлен полицейский надзор, в 1834 г. он был арестован, после второго ареста отправлен в ссылку в Пензенскую губернию. В 1835-1839 гг. служил, отбывая ссылку, в канцелярии пензенского губернатора.
В 1838 г. совершил кратковременное путешествие на Кавказ, где познакомился с декабристами и особенно подружился с Александром Одоевским.

Н. Огарёв. Героическая симфония Бетховена

(Памяти А. Одоевского)

Я вспомнил вас, торжественные звуки,
Но применил не к витязю войны,
А к людям доблестным, погибшим среди муки
За дело вольное народа и страны.

Я вспомнил петлей пять голов казненных.
И их спокойное умершее чело,
И их друзей, на каторге сраженных,
Умерших твердо и светло.

Мне слышатся торжественные звуки
Конца, который грозно трепетал,
И жалко мне, что я умру без муки
За дело вольное, которого искал.
(1877)

Встреча с декабристами взволновала его: «Я стоял лицом к лицу с нашими мучениками, – вспоминал Огарев, – я, идущий по их дороге, я, обрекающий себя на ту же участь... это чувство меня не покидало» (Н. Огарёв «Кавказские воды»).
В 1840-1846 гг. Огарёв слушал курс лекций в Берлинском университете. В 1846 г. поселился в своём пензенском имении. В том же году освободил крестьян Белоомута (1800 душ) от крепостной зависимости, простил долги и наделил землёй. Пытался завести коммунистическое хозяйствование: построил винокуренный завод и писчебумажную и суконную фабрики, где завёл коммуну. Но на этом он разорился.
В 1856 г. Огарёв эмигрировал в Великобританию; жил в Лондоне, где вместе с Герценом возглавил Вольную русскую типографию. Был одним из инициаторов и соредактором еженедельника «Колокол».

HerzenOgariov

Герцен и Огарёв в эмиграции

Разработал социально-экономическую программу уничтожения крепостного права посредством крестьянской революции. Развил теорию «русского социализма», выдвинутую Герценом. Участвовал в создании революционной организации «Земля и воля» (1860-1861), в пропагандистской кампании М.А. Бакунина и С.Г. Нечаева (1869—1870).
Скончался в Лондоне в 1877 г. Его прах был перевезён в Москву 1 марта 1966 г. и ныне покоится на Новодевичьем кладбище.

Творчество Николая Огарёва

Николай Огарёв является автором нескольких поэм и множества стихотворений (в основном романтических).
Уже в университетские годы Огарев сформировал свободолюбивые настроения, чему способствовало увлечение (и хорошее знание) поэзии Пушкина, Рылеева, Руссо, Шиллера и других поэтов-романтиков. Кроме того, он был талантливым музыкантом. Многие его стихи обращены к музыкальной тематике: «Музыканту», «Моцарт», «Миннезингер», «Звуки», «Серенада» («Песнь моя летит с мольбою...»), «Ноктюрн» и др.
Со времени возвращения из ссылки все большее место в жизни Огарева стало занимать поэтическое творчество. С 1840 г. он регулярно публиковался в «Отечественных записках», лучшем для того времени издании, критический отдел которого вел в то время Белинский. Стихотворения Огарева приобрели известность. Его лирический герой того времени – человек, размышляющий о жизни, ищущий пути ее улучшения, верящий, что они есть, но пока не находящий их.

Н. Огарёв «Разлад»

Есть много горестных минут!
Томится ум, и сердцу больно,
Недоумения растут,
И грудь стесняется невольно.
В душе вопросов длинный ряд,
Все тайна – нету разрешенья,
С людьми, с самим собой разлад,
И душат горькие сомненья.
Но все ж на дне души больной
Есть вера с силою могучей...
Так солнце бурною порой
Спокойно светит из-за тучи.
17 апреля 1840

Н. Огарёв «Разорванность»

Я много думал – и постиг,
Что божий мир спокоен, ясен,
Что в жизни каждый миг прекрасен,
Что в жизни каждый миг велик;
Но тихо шепчет возраженье
Души невольное мученье!
И тщетно примиряет ум
Противуречия без счету –
Тяжел вседневной жизни шум,
Сухая мелкая забота;
Душа не знает, что просить,
И вся она полна желаньем,
И разума с своим страданьем
Ей никогда не примирить.
Спокоен ум, а сердцу больно,
В груди огонь и кровь кипит,
И слезы катятся невольно –
Тоска томит, тоска томит!..
Ты рвешься ль к небу, пламенея,
Земных ли благ желать готов, –
Все злобный коршун Прометея
Вонзает в сердце жадный клёв.
1841-1842

А. Герцен так писал об этом периоде творчества своего друга: «Поэзия, печальная и меланхоличная, в которой переплетаются скептицизм и верное ощущение нашего положения при Николае, нашла своего истинного представителя в Огарёве».
Но в творчестве поэта уже прослеживается тема, которая позже станет главной в творчестве Н. Некрасова – реальная действительность, быт и обстоятельства жизни простого человека: «Зимняя ночь», «Кабак», «Изба».

Н. Огарёв «Изба»

Небо в час дозора
‎Обходя, луна
Светит сквозь узора
‎Мёрзлого окна.

Вечер зимний длится;
‎Дедушка в избе
На печи ложится
‎И уж спит себе.

Помоляся богу,
‎Улеглася мать;
Дети понемногу
‎Стали засыпать.

Только за работой
‎Молодая дочь
Борется с дремотой
‎Во всю долгу ночь,

И лучина бледно
‎Перед ней горит.
Всё в избушке бедной
‎Тишиной томит;

Лишь звучит докучно
‎Болтовня одна
Прялки однозвучной
‎Да веретена.
1842

У Огарёва нет отдельных стихов, посвящённых природе, но он был тонким и проникновенным поэтом природы, его пейзажные зарисовки всегда были связаны с философскими размышлениями о человеке и его судьбе. В стихотворениях «Туман над тусклою рекой...», «Полдень», «Весна» природа напоминает о полноте жизни, о её красоте и гармонии.

Н. Огарёв

Гуляю я в великом божьем мире
И жадно впечатления ловлю,
И все они волнуют грудь мою,
И струны откликаются на лире.
Взойдет ли день, засветит ли луна,
Иль птица в роще темной встрепенется,
Или промчится с ропотом волна, –
Мне весело и хорошо поется.
Я слушаю, уходят взоры вдаль,
И вдруг в душе встает воспоминанье,
И воскресает прежняя печаль,
И ноет сердце, полное страданья.
Взойдет ли день, засветит ли луна,
Иль птица в роще темной встрепенется,
Или промчится с ропотом волна, –
И грустно мне и хорошо поется.
1842

Это стихотворение представляет собой часть письма к Евдокии Васильевне Сухово-Кобылиной (1819-1896), сестре драматурга А.В. Сухово-Кобылина, друга юности поэта. Ей посвящен большой цикл стихотворений «Книга любви». Он любил эту женщину, но не смел признаться ей в своих чувствах, т.к. не был разведён со своей первой женой, Марией Львовной Огарёвой.

Roslavleva Ogareva by Orlov

П. Орлов. Портрет Марии Львовны Огарёвой

Брак с ней не был счастливым, но всё же расставание стало для него тяжёлым ударом, он долго не мог смириться с тем, что былой любви не воротить. Он винит себя:

Тебе я счастья не давал довольно,
Во многом я тебя не понимал,
И мучил я тебя и сам страдал...
Теперь я еду, друг мой! сердцу больно:
И я с слезой скажу тебе – прощай!
Никто тебя так не любил глубоко...
И я молю тебя: ты вспоминай
Меня, мой друг, без желчи, без упрека,
Минутам скорбным ты забвенье дай,
И помни лишь, что я любил глубоко,
И с грустию сказал тебе – прощай!
Теперь блуждать в стране я стану дальней..
Мне тяжело. Еще лета мои
Так молоды; но в жизни я печальной
Растратил много веры и любви.
Живу я большей частью одиноко,
Все сам в себе. Но ты не забывай,
Что я, мой друг, тебя любил глубоко,
И с грустию сказал тебе – прощай!..
5 декабря 1841

Любовная лирика занимает особое место в творчестве Огарева 40-х годов, хотя личная жизнь его складывалась неудачно.

Н. Огарёв

К подъезду! – Сильно за звонок рванул я –
Что, дома? – Быстро я взбежал наверх.
Уже ее я не видал лет десять;
Как хороша она была тогда!
Вхожу. Но в комнате все дышит скукой,
И плющ завял, и шторы спущены.
Вот у окна, безмолвно за газетой,
Сидит какой-то толстый господин.
Мы поклонились. Это муж. Как дурен!
Широкое и глупое лицо.
В углу сидит на креслах длинных кто-то,
В подушки утонув. Смотрю – не верю!
Она – вот эта тень полуживая?
А есть еще прекрасные черты!
Она мне тихо машет: «Подойдите!
Садитесь! рада я вам, старый друг!»
Рука как желтый воск, чуть внятен голос,
Взор мутен. Сердце сжалось у меня.
«Меня теперь вы, верно, не узнали...
Да – я больна; но это все пройдет:
Весной поеду непременно в Ниццу».
Что отвечать? Нельзя же показать,
Что слезы хлынули к глазам от сердца,
А слово так и мрет на языке.
Муж улыбнулся, что я так неловок.
Какую-то я пошлость ей сказал
И вышел, Трудно было оставаться –
Поехал. Мокрый снег мне бил в лицо,
И небо было тускло...
1842

Эти стихи посвящены первой супруге Огарёва, Марии Львовне Огарёвой, умершей от скоротечной чахотки в 1853 г. в Париже.

Поэт умел замечательно выразить жизнь сердца, но не только. В его стихах – и философские размышления, и борения духа, и поиски смысла жизни. В этом его поэзия была близка Пушкину, Лермонтову, Тютчеву, Баратынскому. Его «Монологи» стали популярными, т.к. интеллектуализм в то время был сильно востребован.

Н. Огарёв «Монологи» (отрывок, часть III)

Чего хочу?.. Чего?.. О! так желаний много,
Так к выходу их силе нужен путь,
Что кажется порой – их внутренней тревогой
Сожжется мозг и разорвется грудь.
Чего хочу? Всего со всею полнотою!
Я жажду знать, я подвигов хочу,
Еще хочу любить с безумною тоскою,
Весь трепет жизни чувствовать хочу!
А втайне чувствую, что все желанья тщетны,
И жизнь скупа, и внутренно я хил,
Мои стремления замолкнут безответны,
В попытках я запас растрачу сил.
Я сам себе кажусь, подавленный страданьем,
Каким-то жалким, маленьким глупцом,
Среди безбрежности затерянным созданьем,
Томящимся в брожении пустом...
Дух вечности обнять за раз не в нашей доле,
А чашу жизни пьем мы по глоткам,
О том, что выпито, мы все жалеем боле,
Пустое дно все больше видно нам;
И с каждым днем душе тяжеле устарелость,
Больнее помнить и страшней желать,
И кажется, что жить – отчаянная смелость:
Но биться пульс не может перестать,
И дальше я живу в стремленьи безотрадном,
И жизни крест беру я на себя,
И весь душевный жар несу в движеньи жадном,
За мигом миг хватая и губя.
И все хочу!.. чего?.. О! так желаний много,
Так к выходу их силе нужен путь,
Что кажется порой – их внутренней тревогой
Сожжется мозг и разорвется грудь.
1844-1847

Н. Огарев обращался и к большим поэтическим формам. Его перу принадлежат поэмы «Зимний путь» (1855), «Матвей Радаев» (1856), «Тюрьма» (1858), «С того берега» (1858), «Юмор» (1861), «Забытьё» (1861), «Восточный вопрос в панораме» (1869), «Гой, ребята, люди русские!» (1869). Пробовал себя также и в жанре прозы.
Ряд стихотворений Огарёв посвятил борцам за свободу: «Ворцель», «Памяти Рылеева», «Михайлову».

Н. Огарёв «Михайлову» (отрывок)

...Ты эта жертва. За тобой
Сомкнется грозно юный строй.
Не побоится палачей,
Ни тюрьм, ни ссылок, ни смертей,
Твой подвиг даром не пропал –
Он чары страха разорвал;
Иди ж на каторгу бодрей,
Ты дело сделал – не жалей!
Царь не посмел тебя казнить...
Ведь ты из фрачных... Может быть,
В среде господ себе отпор
Нашел бы смертный приговор...
1861-1862

М.Л. Михайлов (1829-1865) – поэт, публицист, осужденный 14 декабря 1861 г. на 6 лет каторги за революционную прокламацию.
Н. Огарев написал свои воспоминания в стихотворной форме (автобиографическая проза представляет собой лишь фрагменты). К этой теме относятся стихи «Воспоминания детства», «Бабушка», «Exil» и др.