Лермонтов о трагедии своего поколения

Lermontov-Autoportrait - копия

Почему в последний период творчества Лермонтова у него так много стихов, «облитых горечью и злостью»?

Почему через символ маски, маскарада он изображает неблагополучие современной ему жизни?
Лермонтов считает, что таким образом, скрывая истинное лицо, люди прячут пустоту и бездушие внешне благополучной жизни. В стихотворении «Булевар» он описывает светское общество, вышедшее на гулянье на бульвар. Он сравнивает бульвар с маскарадом – как и там, истинная сущность этих лиц скрыта.
Вот «старец с рыжим париком»: 

Ты здесь бредешь и смотришь сентябрем,
Хоть там княжна лепечет: «Как он мил!»
А для того и силится хвалить,
Чтоб свой порок в Ч **** извинить!..

Вот другой, «согбенный сын земли»:

Власы его в серебряной пыли.
Он одарен восточною душой,
Коль душу в нем в сто лет найти могли...

М. Лермонтов «Булевар» (отрывок)

Пора склонить внимание на дам,
На этих кандидатов красоты,
На их наряд, – как описать всё вам?
В наряде их нет милой простоты:
Всё так высоко, так взгромождено,
Как бурею на них нанесено.

Приметна спесь в их пошлой болтовне,
Уста всегда сказать готовы: нет.
И холодны они, как при луне
Нам кажется прабабушки портрет.
Когда гляжу, то, право, жалко мне,
Что вкус такой имеет модный свет.
Ведь думают тенетом лент, кисей,
Как зайчиков, поймать моих друзей.
1830

В масках люди светского общества чувствуют себя уверенно, потому что под ними скрыта их истинная сущность.
Но ведь и сам Лермонтов часто вынужден скрываться под маской – слишком чужд он окружающим. Каждый ведь судит по себе и видит в других то, что несёт в собственном сердце.
Но, «наружно погружась в их блеск и суету», поэт внутренне противостоит маскарадной толпе и мысленно уходит в детство, вспоминает родной дом, природу – всё, что мило его сердцу.

Modest Durnov - Mikhail Lermontov

М.А. Дурнов. Портрет М.Ю. Лермонтова (1914). Картон, пастель. Государственный музей-заповедник М.Ю. Лермонтова (Пятигорск)

М. Лермонтов «Первое января»

Как часто, пёстрою толпою окружён,
Когда передо мной, как будто бы сквозь сон,
‎При шуме музыки и пляски,
При диком шёпоте затверженных речей,
Мелькают образы бездушные людей,
‎Приличьем стянутые маски,

Когда касаются холодных рук моих
С небрежной смелостью красавиц городских mihail-lermontov-pervoe-yanvarya-26821
‎Давно бестрепетные руки, –
Наружно погружась в их блеск и суету,
Ласкаю я в душе старинную мечту,
‎Погибших лет святые звуки.

И если как-нибудь на миг удастся мне
Забыться, – памятью к недавней старине
‎Лечу я вольной, вольной птицей;
И вижу я себя ребёнком, и кругом
Родные всё места: высокий барский дом
‎И сад с разрушенной теплицей;

Зелёной сетью трав подёрнут спящий пруд,
А за прудом село дымится – и встают
‎Вдали туманы над полями.
В аллею темную вхожу я; сквозь кусты
Глядит вечерний луч, и жёлтые листы
‎Шумят под робкими шагами.

И странная тоска теснит уж грудь мою;
Я думаю об ней, я плачу и люблю,
‎Люблю мечты моей созданье
С глазами, полными лазурного огня,
С улыбкой розовой, как молодого дня
‎За рощей первое сиянье.

Так царства дивного всесильный господин –
Я долгие часы просиживал один,
‎И память их жива поныне
Под бурей тягостных сомнений и страстей,
Как свежий островок безвредно средь морей
‎Цветёт на влажной их пустыне.

Когда ж, опомнившись, обман я узнаю
И шум толпы людской спугнёт мечту мою,
‎На праздник не́званную гостью,
О, как мне хочется смутить весёлость их
И дерзко бросить им в глаза железный стих,
‎Облитый горечью и злостью!..
1840

За что же мстит толпе лирический герой Лермонтова? Почему ему хочется «смутить весёлость их и дерзко бросить им в глаза железный стих»?
За то, что она превращает его «старинную мечту» (воспоминания детства) в обман – от тягостной для него действительности скрыться невозможно. А «образы бездушные людей» и ‎«приличьем стянутые маски» вызывают в нём ужас.
Почти та же тема – в более раннем стихотворении поэта «1831-го, июня 11 дня». В нём он также вспоминает своё детское состояние души, когда он был счастлив. Ему неприятна эта толпа в масках, но здесь он объясняет, почему не может порвать с ней, ненавидя её:

Известность, слава, что они? – а есть
У них над мною власть; и мне они
Велят себе на жертву всё принесть,
И я влачу мучительные дни
Без цели, оклеветан, одинок;
Но верю им!— неведомый пророк
Мне обещал бессмертье, и, живой,
Я смерти отдал всё, что дар земной.

Для этого ему и нужна маска – чтобы скрыть от других свою душу, себя:

Никто не дорожит мной на земле,
И сам себе я в тягость, как другим;
Тоска блуждает на моем челе.
Я холоден и горд; и даже злым
Толпе кажуся; но ужель она
Проникнуть дерзко в сердце мне должна?
Зачем ей знать, что в нем заключено?
Огонь иль сумрак там — ей всё равно.

И только в своих стихах, в своём творчестве он может быть самим собой. Он скорбит о своём поколении, которое называет «потерянным», не исключая из него и себя: «мы иссушили ум», «мы вянем без борьбы». Но поэт смотрит на своё поколение как бы и со стороны, потому что со стороны всегда виднее: «Печально я гляжу на наше поколенье!..»

М. Лермонтов «Дума»

p

Л. Пастернак. Портрет Лермонтова (1891)

Печально я гляжу на наше поколенье!
Его грядущее – иль пусто, иль темно,
Меж тем, под бременем познанья и сомненья,
В бездействии состарится оно.
Богаты мы, едва из колыбели,
Ошибками отцов и поздним их умом,
И жизнь уж нас томит, как ровный путь без цели,
Как пир на празднике чужом.
К добру и злу постыдно равнодушны,
В начале поприща мы вянем без борьбы;
Перед опасностью позорно малодушны
И перед властию – презренные рабы.
Так тощий плод, до времени созрелый,
Ни вкуса нашего не радуя, ни глаз,
Висит между цветов, пришлец осиротелый,
И час их красоты – его паденья час!
Мы иссушили ум наукою бесплодной,
Тая завистливо от ближних и друзей
Надежды лучшие и голос благородный
Неверием осмеянных страстей.
Едва касались мы до чаши наслажденья,
Но юных сил мы тем не сберегли;
Из каждой радости, бояся пресыщенья,
Мы лучший сок навеки извлекли.
Мечты поэзии, создания искусства
Восторгом сладостным наш ум не шевелят;
Мы жадно бережем в груди остаток чувства –
Зарытый скупостью и бесполезный клад.
И ненавидим мы, и любим мы случайно,
Ничем не жертвуя ни злобе, ни любви,
И царствует в душе какой-то холод тайный,
Когда огонь кипит в крови.
И предков скучны нам роскошные забавы,
Их добросовестный, ребяческий разврат;
И к гробу мы спешим без счастья и без славы,
Глядя насмешливо назад.
Толпой угрюмою и скоро позабытой
Над миром мы пройдем без шума и следа,
Не бросивши векам ни мысли плодовитой,
Ни гением начатого труда.
И прах наш, с строгостью судьи и гражданина,
Потомок оскорбит презрительным стихом,
Насмешкой горькою обманутого сына
Над промотавшимся отцом.
1838

800px-thumbnail

М.Ю. Лермонтов (Железноводск). Бронзовый монумент отлит по проекту московского скульптора Л.В. Тазьбы

В чём трагедия поколения Лермонтова?
Оно инертно, потому что лишено настоящей деятельности – это результат репрессий Николая I после восстания декабристов. Отцы их предали идеалы «вольности святой»; накопленные знания лишь губят людей и делают их циниками; покорность и духовное рабство уничтожают личность:

Перед опасностью позорно малодушны
И перед властию – презренные рабы.

У каждого поколения – своё предназначение. Но это поколение ничего не может дать ни родине, ни миру. У него нет корней, поэтому и своим детям эта «угрюмая толпа» ничего не даст.
Читая стихи Лермонтова, невольно соблазняешься мыслью о том, насколько они актуальны.

Lermontov1978

Памятник Лермонтову в Пензе (1978). Скульптор В.Г. Стамов