Венера Милосская

Венера Милосская

Статуя Венеры Милосской была найдена в 1820 г. на острове Милос (Мелос), одном из Кикладских островов Греции в Эгейском море. 

Это древнегреческая скульптура, изображающая богиню любви Афродиту. Венера – латинский аналог названия богини любви (см. статью Олимпийские боги). 

Венера Милосская

Предположительно Александр Антиохийский «Венера Милосская» (около 130-100 г. до н.э.). Мрамор. Высота 2,02 м. Лувр (Париж)
Автор: Mattgirling – собственная работа, из Википедии

Описание скульптуры

Пропорции фигуры Венеры долгое время считались идеалом: рост 164 см, бедра 93 см, талия 69 см, объём груди 89 см.
В ней восхищало всё: тонкие черты лица, простая, но аккуратная прическа, грациозная осанка, идеально выполненные скульптором складки одежды.
Предполагают, что в левой руке Венеры был щит (или яблоко), а правой рукой она, устыдившись, придерживала спадающие одежды.
Венера (Афродита) представляет собой тип Афродиты Книдской (лат. Venus pudica) – Венера стыдливая), т.к. она придерживает рукой упавшее одеяние. Впервые скульптуру такого типа изваял Пракситель около 350 г. до н. э.
Пракси́тель – древнегреческий скульптор IV в. до н. э. Большинство работ Праксителя известно по римским копиям или по описаниям античных авторов. Его считают автором знаменитых композиций «Гермес с младенцем Дионисом» и «Аполлон, убивающий ящерицу». Скульптуры Праксителя раскрашивал афинский художник Никий.
Ни одному скульптору не удавалось достичь большего совершенства в передаче грации тела и тонкой гармонии духа, чем Праксителю. Его Афродита Книдская считалась в древности не только лучшим творением автора, но и лучшей статуей всех времён

Венера Милосская

Пракситель «Афродита Книдская» (350-330 гг. до н.э.). Лувр (Париж)
Пракситель стал первым скульптором, создавшим монументальное изображение обнажённой богини.
Пракситель выполнил два варианта: богиню обнаженную и богиню одетую.

Венера Милосская

Заказчики выбрали традиционный вариант, с задрапированной фигурой. Её копий и описаний не сохранилось, и она пропала.

А оставшуюся в мастерской скульптора Афродиту Книдскую купили жители малоазийского города Книд. Сюда стали стекаться паломники, привлечённые знаменитой скульптурой. Афродита стояла в храме под открытым небом, обозримая со всех сторон.
Некоторое время статую Венеры Милосской также приписывали Праксителю. Но позже на постаменте обнаружили надпись: «Агесандр (или Александр, надпись была неразборчива), сын Менида, гражданин Антиохии на Меандре, сделал эту статую». Таким образом, стало ясно, что статуя относится к эллинистическому периоду. Впоследствии постамент пропал и до настоящего времени не найден.

История находки

Историю находки статуи Венеры Милосской передают в различных интерпретациях. Одна из них такова: некий французский моряк Оливье Вутье с местным крестьянином Йоргосом Кентротасом откопал статую на развалинах древнего амфитеатра. Но капитан корабля не дал разрешение на вывоз скульптуры.
Другой морской офицер, Жюль Дюмон-Дюрвиль, получил такое разрешение в Стамбуле, но, когда возвратился оттуда, обнаружил статую на русском судне приготовленной для перевозки в Стамбул. Дюмон-Дюрвиль добился выкупа статуи.
В момент конфликта между французами и турками (владельцами острова), стремившимися не допустить вывоза статуи за пределы империи, и были утрачены руки Венеры Милосской.
В настоящее время статуя Венеры Милосской хранится в специально подготовленной для неё галерее на первом этаже Лувра.

Г. Успенский «Выпрямила»

Глеб Иванович Успенский Герой рассказа – сельский учитель Тяпушкин. Однажды ему  довелось побывать в Париже в качестве домашнего учителя детей  одного помещика. Гуляя по Парижу, Тяпушкин попал в Лувр:  «...неожиданно доплелся до Лувра; без малейшей нравственной  потребности вошел я в сени музея; войдя в музей, я машинально  ходил туда и сюда, машинально смотрел на античную скульптуру,  в которой, разумеется, по моему, тяпушкинскому, положению  ровно ничего не понимал, а чувствовал только усталость, шум в  ушах и колотье в висках; – и вдруг, в полном недоумении, сам не  зная почему, пораженный чем-то необычайным, непостижимым,  остановился перед Венерой Милосской в той большой комнате,  которую всякий бывший в Лувре знает и, наверное, помнит во  всех подробностях.
 Я стоял перед ней, смотрел на нее и непрестанно спрашивал  самого себя: «что такое со мной случилось?» Я спрашивал себя об  этом с первого момента, как только увидел статую, потому что с  этого же момента я почувствовал, что со мною случилась большая  радость... До сих пор я был похож (я так ощутил вдруг) вот на эту  скомканную в руке перчатку. Похожа ли она видом на руку  человеческую? Нет, это просто какой-то кожаный комок. Но вот я  дунул в нее, и она стала похожа на человеческую руку. Что-то,  чего я понять не мог, дунуло в глубину моего скомканного,  искалеченного, измученного существа и выпрямило меня,  мурашками оживающего тела пробежало там, где уже, казалось,  не было чувствительности, заставило всего "хрустнуть" именно  так, когда человек растет, заставило также бодро проснуться, не ощущая даже признаков недавнего сна, и наполнило расширившуюся грудь, весь выросший организм свежестью и светом.
Я в оба глаза глядел на эту каменную загадку, допытываясь, отчего это так вышло? Что это такое? Где и в чем тайна этого твердого, покойного, радостного состояния всего моего существа, неведомо как влившегося в меня? И решительно не мог ответить себе ни на один вопрос; я чувствовал, что нет на человеческом языке такого слова, которое могло бы определить животворящую тайну этого каменного существа. Но я ни минуты не сомневался в том, что сторож, толкователь луврских чудес, говорит сущую правду, утверждая, что вот на этом узеньком диванчике, обитом красным бархатом, приходил сидеть Гейне... И все-таки я бы не мог определить, в чем заключается тайна этого художественного произведения и что именно, какие черты, какие линии животворят, "выпрямляют" и расширяют скомканную человеческую душу. Я постоянно думал об этом и все-таки ничего не мог бы передать и высказать определенного. Не знаю, долго ли бы я протомился так, если бы одно совершенно случайное обстоятельство не вывело меня, как мне кажется, на настоящую дорогу и не дало мне наконец-таки возможности ответить себе на неразрешимый для меня вопрос: в чем тут дело, в чем тайна?»

Он часто ходил в Лувр, чтобы «выпрямить» свою душу.
«Выпрямила» – означает, что человека согнувшегося, потерявшего всякую основу, опору в жизни, именно выпрямило прекрасное произведение искусства. Дало ему силу жить. Это врачевание духовное – человек входит в духовный контакт с великим произведением искусства. Венера Милосская – это образ красоты, образ возвышенный, духовно наполненный. Истинное произведение искусства может преобразовать жизнь человека.